Наталия Чернышова - Гаденький цветочек[СИ]

— Ну вот раз мы совсем разобрались, приступим.

— К чему?

— К чему, к чему! Ты будешь меня есть, или нет?

— В общем, так, вали отсюда дура суицидально зацикленная — прошипел бордовый страж и исчез под водой.

И я осталась, действительно, как дура, стоять на берегу. Вот влипла. Ну не прыгать же мне за ним в озеро силой заставлять выполнять кровожадные обещания. И каков наглец! Видите ли "суицидально зацикленная" Слова-то, какие знает. Эрудит ластоногий тоже мне выискался. Сколько ж ему пришлось народу пожрать, чтоб таким нахальным вырасти?! Всем известно, личностью страж стать не может и настоящий разум ему не доступен — так, кое-какие намеки и обрывки, а тут… не бывает такого. — раздраженно шагая к замку прямо по нехоженым газонам, размышляла я.

А потом ворочалась полночи в воздушной свежайшей постели, пытаясь разобраться в ситуации. Формально условия договора были соблюдены — жертва доставлена, а что у чудовища аппетит отсутствует, это уж точно не мои проблемы. Вот только страж жив-здоров, и некроманта я не нашла, но вроде и здесь от меня ничего не зависело.

Ну что же, отдам кольцо и домой, по-быстрому? Стоп, без переноски быстро не получится. А может, оно ему и не очень-то нужно?… Нет, точно решат, что воровка. Позориться же в глазах пусть и стража с некромантом было противно. А уж как не хотелось возвращаться домой с пустыми руками…

Позавтракаю, а там и посмотрим. А еще лучше, совмещу завтрак с разведкой. Я накидала в корзиночку разнообразной снеди и отправилась добывать информацию.

— Ты все еще здесь? — При виде меня гревшийся на солнышке страж недовольно щелкнул клювом и грузно двинулся к воде.

— Постой, не уходи, я извиниться хотела за вчерашнее.

— То есть чушь нести и вазонами швыряться больше не будешь?

— Никаких вазонов, честное слово. А вот насчет чуши, постараюсь, но гарантировать не могу.

— ладно, принято — буркнул страж разворачиваясь от берега.

— Подожди! Эй… как тебя…как тебя звать-то вообще?

— Так ты вроде уже определилась — "Зверь Невиданный, Чудище Страховидное?" — удивился страж.

— а как же "дура истеричная суицидально зацикленная"?

— Убедила, на этом фоне твои перлы, в общем-то, можно считать комплиментом.

— И что же мне теперь так все титулы и перечислять, может, как-нибудь покороче, а?

— так и быть, просто Зверь.

— Настя.

— Ну и что, Настя, тебе от меня все-таки понадобилось?

— Ничего. Я просто подумала, дай зайду, извинюсь…

— попрощаюсь — критически окидывая взглядом корзинку, хмыкнул страж — А с сувенирами ты поскромничала. Зря. Счастливого пути. Можешь начинать строить плот.

— Плот?

— Мы же на острове. Можешь, конечно, и лодку но, поверь, плот проще. Если нет идеи пооригинальней. — испытывающее сверлил меня тройным колючим взглядом Зверь.

— Пооригинальней нет. Вот, возьми.

— Спасибо — я вздрогнула от мимолетного прикосновения влажного щупальца, и драгоценной безделушки на ладони уже не было.

— Я тут вспомнил, в день глубокого отлива, примерно через две недели, появится перешеек до материка. Можешь пока воспользоваться замком — все равно без дела стоит.

— А хозяин-то не будет против?

— какой хозяин? Нет тут никого. Считай, что я и есть… хозяин.

Ага, как же, так я и поверила…

— И ты не будешь возражать, если я тут еще немного погощу?

— Да мне-то что — пожал шипастыми плечами страж по имени Зверь — Гости сколько влезет. Только учти — развлечений тут не так много и балов-фейерверков не предвидится. Тоска зеленая. — с досадой заметил страж, которому, видимо, было скучно до такой степени что, за неимением других кандидатур, он был готов мириться даже с моим обществом,

Вот и сейчас, не торопился уплывать, а с интересом наблюдал за тем, как я расположилась на берегу в тени артистично подстриженной ивы, и сервировала завтрак на предусмотрительно прихваченной из замка салфетке (носившей, как и все здесь, явные признаки произведения искусства).

Мастерство местных поваров-невидимок снова было выше всяких похвал, но через пять минут я поняла, что мне портит пикник потревоженная совесть. "Завтрак в компании стража, это еще не повод забывать о хороших манерах!" — сказала бы нянюшка Пелагея.

— Слушай, а ты не проголодался?

— Ты опять за свое?! — моментально расцветая малиновыми пятнами, взревел, было, успокоившийся Зверь.

— нет, нет я о другом — протягивая вместо ветви мира корзинку с деликатесами, заторопилась я. — вот, угощайся, я правда не знаю, что ты ешь или не ешь…ммм, кроме девиц. Тут есть ветчина, сырные колбаски, эклеры, котлеты. Может, подойдет что-нибудь…

Тот сначала задумался, а потом, приобретя непередаваемо нежно-голубой оттенок, почти неслышно прощелкал:

— эклер, пожалуй.

Я чуть не подавилась. Эклеры, видите ли! И где, спрашивается, логика?!

— Вкусно-то как. Шоколадные, со взбитыми сливками…Когда же я в последний раз ел их… — страж с наслаждением прикрыл глаза ложными пленчатыми веками.

— А кто тебя кормил ими раньше? И куда он делся? А скоро вернется? — решив что это прекрасный момент лучше разобраться в обстановке ненавязчиво поинтересовалась я. Но, видимо, поторопилась.

— Не много ли вопросов для такого раннего утра — благодушно отрезал Зверь, бесцеремонно цепляя щупальцем последнее пирожное.

— не против?

— Я могу возразить?

— Уже нет — закидывая в клюв эклер ответил страж. — но я — вежливый.

— Шел бы во дворец и ел, сколько влезет, раз это твой замок.

— Там лестницы крутые, двери узкие и вообще кожа на воздухе сохнет.

— Хочешь, к обеду еще принесу…

— к ужину. В обед я занят. Дела неотложные.

— Договорились.

— И бутерброды с маслом! — донеслось мне вслед.

Солнце давным давно скрылось за горизонтом, а Зверь все не появлялся. Я присела на берегу, озадаченно всматриваясь в глубину. Может, случилось чего? Стоп, я вроде как, переживаю за стража?

— Что ты здесь делаешь, уже ночь на дворе!

— А я уже большая — мне разрешено гулять дотемна. Господи, что это с тобой? — вокруг показавшегося из воды Зверя растекалось маслянистое кровавое пятно, верхний глаз заплыл, на черепе темнели рваные продольные раны.

— Так ничего. С кракеном не вовремя столкнулся.

— Тут еще и они водятся?!

— Да не в пруду. Здесь кроме золотых рыбок да лягушек отродясь ничего не водилось. А ими особенно не наешься. Там выходит в море тоннель. — Страж неловко шевельнул ластом в сторону северного конца пруда, болезненно передернулся и пошел черно-оранжевыми пятнами.